Мы продолжаем цикл материалов о земляках, подписавших соцконтракт. Сегодняшнее наше повествование о добровце Александре Скопинцеве.
— Ну, вот — смотрите! — Александр, открыв дверь, не без гордости демонстрирует помещение, где потенциально вкусные рыба, птица и мясо превращаются в настоящие деликатесы.
Характерный запах дымка ольхи, помноженный на естественный аромат продуктов, приятно щекочет ноздри. Однако стараюсь закончить фотосессию как можно быстрее: ведь всё это благоухание непременно въестся в одежду — к чему задумчиво принюхивающиеся к тебе где-нибудь в очереди к кассе магазина люди или радостно скачущие навстречу собаки на улице.
Достаточно беглого осмотра, чтобы составить представление: чисто, аккуратно, уверенно сверкает никель.
Александр, видно, не привык к вниманию прессы и несколько смущается: мол, как встать, куда смотреть?
Но мои уверения, что для хорошего снимка вовсе не надо быть звездой, а для читателей куда интересней земляки, тем более качественно делающие своё дело, приносят результат: Александр просто расслабился и улыбнулся.
Усадьба Скопинцевых (красивый дом, ухоженный двор) расположена ближе к концу длинной добровской улицы, носящей имя Желябова. И хоть народоволец-террорист вовсе не имел отношения ни к этой улице, ни к нашему селу, но привыкли. По мне, так больше бы подошло название, связанное с природой.
Беседуем на кухне (приятный дизайн интерьера). День выдался по-настоящему весенний — светлый, тёплый, из приоткрытого окна доносится незатейливая птичья песенка. Сквозь стекло видно пространство заливного луга. В своё время один из путей полой воды проходил именно там.
— Мне нравится место, — делится Александр. — Низковато, конечно, зато пруд свой есть. И рыба в нём, естественно.
Этот момент, кстати, сыграл определённую роль в выборе направления деятельности по соцконтракту.
Занятны всё-таки зигзаги в судьбе человека. Из рассказа собеседника узнаю, что, окончив Добровскую вторую школу, он продолжил обучение в машиностроительном техникуме. Позже получил и высшее образование: специальность — юриспруденция. А работает в газовой службе областного центра.
— Так сложилось, — говорит. — Меня вполне устраивает.
Супруга Екатерина трудится в соцзащите.
В семье трое детей — Софья, Виктория и Анна.
— Ну а наследник, помощник отцу? — подначиваю я.
— Дочки и так наши помощники во всём, — улыбается.
Многодетная семья Скопинцевых получила возможность получить господдержку в виде соцконтракта.
— Сразу про рыбу подумал, — поясняет Александр. — Явно ведь будет пользоваться спросом именно холодного копчения. Кой-какой опыт был. И интернет — в помощь.
Про таких, как Скорпинцев, в Добром говорят: рукастый, шустрый. Помещение подготовил, на выделенные 350 тысяч купил соответствующее оборудование: установку для копчения, сушильный шкаф, разделочные столы, ёмкости для засолки, холодильник и морозильник, ножи и всякую важную для дела „мелочёвку“.
— Брал всё самое лучшее по цене-качеству, — говорит. — В процессе использую только соль, сахар и ольху — никакой „химии“.
Первую пробу снимали домочадцы. И, несмотря на то что копчёной грудинке по технологии следовало бы, как говорят мастера, отдохнуть денька три, „уговорили“ свежий деликатес за пару присестов.
— Уверенности в том, что дело пойдёт, сразу прибавилось, — смеётся Александр.
В декабре прошлого года вышли почти на поточное производство. Взрослым помогают старшие девочки.
— Ничего не залёживается, — утверждает Александр. — Работаю и со своим сырьём, и с тем, что привозят заказчики.
Добровцы хорошо отзываются о продукции коптильни Скопинцевых: вкусно, приемлемая цена. Немало покупателей и в Липецке.
— Ну а если вдруг не возьмут, то сами с удовольствием съедим, — улыбается Александр.
Есть у начинающего предпринимателя и планы на будущее. Будет расти спрос — будет расширяться.
— Однажды где-то натолкнулся на мудрое изречение: „Если человек взялся за непростое дело и делает его хорошо, он никогда не потеряет уважения к себе“. Вот с этим и стараюсь идти по жизни, — подводит итог.
С таким настроем, думаю, всё будет хорошо.
(по материалам газеты «Знамя Октября»)